Очерки цикла «Семейный угол»

Материал из ИОТ Вики - проекта сетевого социально-педагогического сообщества "СоцОбраз"

Перейти к: навигация, поиск

Очерки из цикла «Семейный угол», в которых рассматриваются вопросы конфликтов в семье и не только подготовлены Николаем Юрьевым (это публицистический псевдоним одного из черногорских психологов) и опубликованы в местных СМИ. Размещены с разрешения автора, как приложение к материалу «Психология для всех из Черногорска» и статье «Психологическая публицистика». --LeoChpr 14:18, 17 июня 2009 (UTC)


Содержание

Конфликты в семье

Конфликт — дело сложное. В психологии и менеджменте существует даже специальный раздел — конфликтология. Семейные конфликты — вообще дело темное. Не всегда бурное выражение эмоций — есть конфликт. Вспомните: «Милые бранятся — только тешатся». Как часто в семье за тишью и гладью скрывается глубочайший конфликт, который иногда проявляется во сне, — СУПРУГИ храпят и скрежещут ДРУГ на друга зубами, или одного из СУПРУГОВ ПРОСТО неосознанно тянет из дома в какую-нибудь компанию, где есть возможность либо высказаться, либо «ОТТЯНУТЬСЯ» ПО ПОЛНОЙ программе. Нередко после долгого хождения по врачам-терапевтам один из СУПРУГОВ получает наконец-то рекомендацию — обратиться к психиатру или психотерапевту, так как его страдание иного профиля, оно психосоматическое.

Формула супружеского счастья довольно проста. Супруги должны быть близки по уровню умственного развития, но различны по личностным чертам. Различия в уровне образования не существенны. Известно, что высокие академические достижения бывают чаще при среднем уровне интеллекта, но при наличии других качеств: усидчивость, исполнительность, дисциплинированность, подчиняемость и отсутствие собственного мнения. Этим можно, вероятно, объяснить и распад брака в более позднем возрасте. Просто один из членов супружеской пары более деградировал интеллектуально, растерял «образовательный имидж», и в результате обнаружилось интеллектуальное несоответствие между супругами.

Схожесть характеров. Конфликты в семье чаще происходят не из-за различий в характерах, а из-за их схожести. Просто лучше жить властелину с послушником, чем двум властелинам. Удобнее жить жаждущему чувств с тем, кто их может дать, нежели двум одинаково ищущим эмоциональной поддержки и т.п.

Борьба за власть - тоже одна из основных причин семейных конфликтов. Чаще всего за власть в семье борется женщина, лишенная любви. Эмоционально не успокоенная женщина находит себя в проявлении своей власти: она впадает в состояние детского деспотизма и, как бы не имея возможности в полной мере стать женщиной, становится опять маленьким ребенком. Невротическое взаимоотношение. Довольно часто в семейном конфликте проявляется состояние «невротического взаимоотношения», когда один из супругов «ест» другого или других членов семьи для получения эмоционального удовлетворения. Об одной стороне этого явления уже было сказано ранее («Черногорский рабочий», 29 июля 2000 г.). Возможно, те, кто верит в магию, назвал бы это явление «энергетический вампиризм». Хотя вся мистика и магия — это дурь, рассчитанная на простаков, но постоянно чувствовать придирки, преследования и эмоциональное давление — действительно трудно. У жертвы могут быть по этой причине эмоциональные срывы. И как писал в свое время польский психотерапевт А.Кемпински: «К психиатру чаще попадает наиболее слабый член семейной группы, а не тот, который наиболее сильно невротическим образом действует на других». Эмоционально агрессивные субъекты часто маскируют свою агрессию повышенной заботой о жертве, интересуются ее делами, звонят, не случилось ли чего, но на самом деле подсознательно ждут, когда эти «мальчики кровавые в глазах» наконец-то станут явью.

Крепкая пуповина. Когда человеческое дитя появляется на свет, происходит перерезка пуповины, связывающей его с чревом матери, но образуется другая связь, эмоциональная, называемая специалистами «крепкая пуповина». «Перерезка» этой пуповины болезненна для двух сторон — родителей и детей, однако она необходима, иначе, став взрослым, ребенок не сможет создать собственной семьи. Но это не всегда удается, особенно если ребенок эмоционально зависим от родителей, а родители, особенно мать, противодействуют самостоятельности детей. «Крепкая пуповина» позволяет матери руководить замужней дочерью, особенно когда в своей собственной семье ей это удается не в полной мере. Хитрая теща начинает развод заблаговременно, «маклерскими» операциями: продает, покупает, обменивает, заменяет имущество молодых. В результате молодые так запутываются, что не могут понять, что в их доме, а что в тещином ими совместно нажито, или это все — тещина спонсорская помощь.

Лучший способ избежать многих конфликтов — независимость молодых супругов от внешних влияний на их жизнь, т.е. действительно любить друг друга, жить отдельно от родителей, совместно вить свое гнездо и самим воспитывать своих детей, так, как они это умеют, как подсказывает им интуиция.

Н.Юрьев // «Черногорский рабочий» 17 октября 2000 г.

Нет супружеской измены. Есть те, кому изменяют

Все сказки нашего детства заканчиваются приблизительно одинаково: «Стали жить-поживать, добро наживать». После долгих скитаний, испытаний и преодоления препятствий. Период влюбленности, клятв и серенад под ЛУНОЙ быстро заканчивается. Кто-то тешит себя иллюзиями, что это будет длиться долго, а кто-то пробует начать НОВУЮ сказку, но получается СТОРОННИЙ роман.

Редкая семья обходится без того, что называют супружеской изменой, а вот причины, отношения к внеклятвенному поведению одного из супругов разные в каждой семье. То, что чаще подразумевается под супружеской изменой, — буквально это измена клятве: «Пока смерть не разлучит нас». Есть и другие синонимы, но они и эмоциональную нагрузку другую несут. «Прелюбодеяние» — т.е. пользуется любовью сверх норматива, «блуд» — когда много и без разбора и т.п. А во французском языке есть «адюльтер» — супружеская неверность. Не правда ли, красивое слово. Вышептал и захотелось. Но все, что касается измен и сексуальных ритуалов, — условно. Скольким этнографам XIX — начала XX вв. стоило жизни «сохранение креста супружеской верности»? Аборигенные народы в знак дружелюбия предлагали им своих женщин, а те по незнанию отказывались. А можно ли считать изменой традицию некоторых северных народов отогревать замерзшего телом молодой девушки?

Считается, что мужчина занимается любовью на стороне по трем причинам: из любопытства, от неудовлетворенности, по производственной необходимости.

Из любопытства. Если сексуальное развитие женщины заканчивается первыми родами, то годы «ученичества» у мужчин пределов не имеют. Есть только два ограничения: леность и потенция. А если ограничений нет, то до тех пор, пока мужчина не поймет, как прототип Долохова — граф Федор Толстой — американец, мнение которого его племянник — Л.Н. Толстой зафиксировал в черновом наброске «Войны и мира». Долохов доверительно сообщает Николаю Ростову: «Я, брат, обезьяну любил: все то же. Теперь красивых женщин». Подмечено также, что если предки многоженцы, то муж может быть любвеобильным (гаремные наклонности).

От неудовлетворенности. Здесь вся причина в самой женщине. Довольно часто женщины после замужества начинают вести себя как героини их детских сказок — сексуальных архетипов. Иштван Харди — чешский психолог — выделяет три типа таких женщин: «спящая красавица» — с детским наивным переживанием сексуальности; «Брунгильда» — агрессивная по отношению к мужу и окружающим, для которой «супружеское ложе» — поле битвы. Третий тип — «пчелиная матка», которую секс интересует лишь как средство для беременности и не более. Многие из таких женщин готовы даже на искусственное оплодотворение. Есть еще один тип — «Артемида» — кастрирующая женщина. С такой женщиной любой мужчина чувствует себя импотентным. «Секс по производственной необходимости», увы, удел многих начальников. Это составная их имиджа. Достаточно вспомнить анекдоты про секретарш. В Каирском музее среди атрибутов царской власти фараона Тутанхамона представлен кожаный презерватив, которым его снабдили жрецы, отправляя в страну Невозврат.

Кроме того, сам секс выполняет ряд функций: разрядки полового напряжения, продолжения рода, чувственного наслаждения, удовлетворения полового любопытства, общения, высшей степени доверия, самоутверждения, власти над другим, материальной выгоды (например, брак по расчету, проституция), традиции (ритуальный секс), восполнения эмоционального тепла, мести и т.п. Этот список, характеризующий многоликость секса, можно продолжить и далее.

В каждой семье свои представления о семейных ценностях, о сексе, критериях супружеской верности и неверности. Они не всегда совпадают с общепринятыми, но должны совпадать у обоих супругов. Если эти представления у супругов не совпадают — семейно-брачные отношения расстраиваются, супруги начинают мстить друг другу. Собственно говоря, измена происходит в головах супругов, в несоответствии представлений о семейных, клановых, религиозных и культурных ценностях. Одни жены усматривают измену в любом знаке внимания мужа посторонней женщине, другие равнодушно относятся к загулам мужа, зная, что «есть захочет — вернется».

Женщины же изменяют по двум причинам. Либо муж не может удовлетворить, либо у него маленькая самая сексуальная часть имиджа — кошелек, то есть достаток не удовлетворяет. Вторая причина — месть. А вот кому женщина мстит, мужу ли, отцу ли или матери — это требует психоанализа.

А закончим наше повествование высотами античной поэзии. Как писал Овидий:

«...Тайная радость Венеры мила и юнцу, и девице,

Только скромнее —она, и откровеннее — он».

Н.Юрьев, психолог // «Черногорский рабочий» 12 июля 2000 г.


В разводе женщина – Медея

Наблюдательные древние греки не без оснований утверждали, что женщина дважды одаривает радостью мужчину: когда впервые входит хозяйкой в его дом и когда её выносят из дома со смертного одра. И для древних греков нарушенные семейные отношения представляли проблему. Они даже создали трагический миф о Медее.

Брак бывает либо единственный, либо семейные отношения нарушены. В этом случае браков бывает минимум три. Последствия нарушенных семейных отношений чаще сказываются на женщинах, чем на мужчинах.

Первый брак заключается обычно в 16 — 18 лет и представляет собой операцию освобождения женщины от родительской опеки. Пара живет недолго. От десяти дней до десяти месяцев. Если рождается ребенок, он достается родителям жены. Молодая мама просто не способна его воспитывать. Цель замужества-то была иная.

Второй брак имеет место лет через пять после первого и длится приблизительно такое же время. Второй брак всегда хуже первого: он развивается по невыполнимому и одновременно мазохистскому сценарию. Этот брак разрушается из-за жестокости или равнодушия мужа: что тут поделаешь, сценарий жены этого требует. Обычно к этому времени женщина уже находит работу, чтобы воспитывать появившихся детей. Дети станут центром ее интересов. Теперь она уже созрела для материнства.

Третий брак диктуется, скорее, материальными интересами, а ее третий супруг — чуть смягченный вариант второго. И хотя ей уже за тридцать, надежды на то, что она еще встретит принца на белом коне, остаются, что и составляет предмет для семейных конфликтов еще несколько лет. Но наступает сорокалетие. Согласно русской поговорке; «Сорок лет — бабий век». Для сравнения. В каком возрасте увядающая царица Клеопатра подставила свою грудь под жало аспида? В тридцать девять.

Эту динамику нарушенных семейных отношений описал американский психотерапевт Э.Берн, но как она напоминает сценарий сказки Г.Х.Андерсена «Дюймовочка»: три мужа и все нелюди. Первый — Жаба, согрела втайне второго — Ласточка, потом был третий — Эльф, подходил по росту, а главное — материальная выгода — крылышки подарили.

Но одной сказкой «Дюймовочка» сценарий нарушенного брака не заканчивается. В случае рождения детей на сцене появляется новый сценарий — «Медея». Самое время напомнить древний миф.

Колхидская волшебница Медея полюбила аргонавта Ясона и была ему надежной соратницей в похищении Золотого руна. Она подарила ему двух сыновей. Но Ясон предал Медею — красавица Креуса (по другим источникам — дочь коринфского царя Креона Главка) стала причиной тому. Медея не смогла снести такого позора, отравила Креусу (Главку) и заколола своих сыновей. Коварная и жестокая рабыня страсти станет ещё женой царя Эгея, замыслит убийство сына Эгея — Тезея, но безрезультатно. Сбежит из Афин и станет женой Ахиллеса, уже на том свете.

Комплекс Медеи — это месть покинутой супруги через ребенка. При этом, рикошетом будет страдать ребенок. Если у матери комплекс Медеи, то он проявляется независимо от того, «полюбовно» ли супруги расстаются, или ребенок отдан матери через суд.

В большинстве своем мужчины проигрывают женщинам в картах и в суде. Причина кроется в гендерных (половых) особенностях нравственного сознания. Да простят мне дамы-феминистки: мужчины и женщины различны и не только тем, что ниже талии у них иные гениталии. Женщины обладают иной, но не низшей нравственной организацией по сравнению с мужчинами.

Мужчины и женщины одинаково способны думать в терминах абстрактных идей справедливости или в терминах заботы о благополучии других людей. Женщина всегда пытается обрести равновесие между тем, что хорошо для других, и тем, что хорошо для нее самой. А своя рубашка, как известно, ближе к телу. У женщин имеется закрепленный в генах навык ткачества и плетения — они более искусны в интриге. Они более открыты в выражении чувств и, главное, — чисто женская черта — компетентность во всех без исключения вопросах. Типа: «Я в свое время в аптеке работала, так уж в медицине-то кое-что смыслю. Не хуже иного врача». Поэтому и выигрывают.

Первый акт пьесы «Покинутая Медея» носит название — «цена сперматозоида»: раздел имущества в пользу супруги, алименты. Многие женщины не скрывают это го: деньги выше совести, а ребенок — средство.

Второй акт — «символическое убийство ребенка». Супруга или ее родители торжественно объявляют отцу: «Нет у тебя больше сына (дочери)! И нечего тебе сюда ходить!». Это и есть сообщение отцу о символической смерти его ребенка. Более эффектно это происходит, когда ребенку меняют фамилию и отчество. Был человек и нет человека.

Третий акт — систематизированная травматизация самого ребенка. Если ребенок успел забыть, что у него был отец, ему кто-нибудь напомнит, а мать или родственники, знакомые семьи обрисуют бывшего отца во всех красках, не жалея самых мрачных тонов. Если у ребенка в результате этого будут возникать проблемы в учебе, поведении, взаимоотношениях со сверстниками — ответ всегда готов: «Весь в родного папочку!». Вот почему в неполных семьях, где культивируется отрицательный образ родного отца, дети вырастают проблемными. Ученые это подметили давно. А в семьях, где образ отсутствующего родного отца положительный, — проблемы нарушений поведения возникают реже. Как в песне поется? «Должен и сын героем стать, если отец — герой!».

Если женщина не находит чаду нового отца, появляется еще одна проблема, связанная с особенностями материнской любви. Но это тема другого разговора.

Н.Юрьев, психолог // «Черногорский рабочий», 22 июля 2000 г.


Подводные рифы неполной семьи

Когда брак распадается по внешним причинам (смерть супруга) или по внутренним (не сошлись характерами), перед женщиной всегда два пути: либо завести новую семью – «продолжить прерванный полет», либо, осознав, что причина распада брака в ней самой, - сосредоточиться на воспитании ребенка.

Далеко не следует каждую неполную (материнскую) семью причислять к неблагополучным, разрушительным для формирования личности ребенка, потенциальной колыбели преступности, как в фильме «Мама» режиссера Д. Евстигнеева. Это было бы грубейшей ошибкой. Неполная семья — это социальная и педагогическая реальность нашего времени. Корабли многих неполных семей плывут по океану жизни, благополучно обходя основные подводные рифы семейного воспитания. Самое интересное, что эти рифы, порой, не обходит и полная семья. А таких рифов три: отсутствие отца, избыток материнской любви, формирование матерью своего подобия в ребенке.

Отсутствие отца. Положительный миф об отце — это не ноу-хау современной женщины. Испокон веков одинокие матери использовали его для воспитательных целей. У многих античных героев, в том числе у Геракла и Асклепия, отцов-то не было. Их место занимали античные боги. А миф о долгом путешествии царя Итаки Одиссея. Не отсутствием ли у сына Пенелопы отца он создан? В те далекие времена, согласно английскому религиоведу и этнологу Джеймсу Фрэзеру, наследование власти и состояния шло по материнской линии. Кто был отец ребенка, для женщины было все равно, но только не для ребенка. Для ребенка отец нужнее всего в 4 — 5 лет — период первых запретов. Нужен он и в период начального обучения, когда закладывается основа для дальнейшего обучения и формируется произвольность ребенка. Как ни странно, но лучшими педагогами традиционно считаются мужчины. Даже в академическом курсе истории педагогики все великие педагоги — мужчины. А женщины только две: М. Монтессори и Н.К. Крупская.

Нужен ребенку отец и после 12 лет, когда ребенок усваивает основы нравственного поведения. Секрет того, что отец в семье — не лишний рот, заключается в особенностях отцовской любви. Отеческую любовь надо заслужить, она обусловлена. Отцовский принцип любви американский психотерапевт Эрих Фромм формулирует следующим образом: «Я люблю тебя, потому что ты удовлетворяешь моим ожиданиям, потому что ты достойно исполняешь свои обязанности, потому, что ты похож на меня». Функция отца — учить ребенка, руководить им, чтобы он смог справляться с проблемами, которые перед ним ставит или поставит в будущем общество. Основа отцовской любви — послушание. Непослушание — грех. Яркий пример противопоставления отцовской и материнской любви описал еще до Э. Фромма в «Тарасе Бульбе» великий гуманитарный психолог Н.В. Гоголь. Даже ощущение ребенком присутствия отца через его письма, возьмем, к примеру, «Письма к сыну» графа Честерфилда, английского дипломата XVIII в., способно внести свой вклад в воспитание ребенка.

Избыток материнской любви. Материнская любовь — это безусловная самоотдача во имя жизни ребенка и его потребностей. Мать любит свое дитя уже за то, что оно есть. Согласно Э. Фромму, материнское сознание говорит: «Нет злодеяния, нет преступления, которое могло бы лишить тебя моей любви, моего желания, чтобы ты жил и был счастлив». Оставшись одна с ребенком, женщина начинает залюбливать ребенка, направляя его по пути наименьшего сопротивления. Плохо учится — настаивает на переводе на более легкую программу. Не доходит до школы — добивается индивидуального обучения. Так следит за его здоровьем, что его медицинская карта разбухает, а ребенок чахнет. Мать борется за ребенка, руководствуясь только слепой материнской любовью, до тех пор пока он фактически не будет потерян и для нее, и для общества. Вот тогда она обратится за помощью, но ребенок уже сформирован и теперь его надо исправлять или мягко объяснить: и медицина, и психология здесь уже не помогут.

Одного начала — или отцовского, или материнского — недостаточно для нормального развития личности. Согласно Э. Фромму, определенные типы неврозов, как, например, маниакальный, развиваются в большей степени на основе односторонней привязанности к отцу, тогда как другие типы, вроде истерии, алкоголизма, неспособности утверждать себя и бороться за жизнь реалистически, а также депрессии — результат избытка материнской любви. Мать не должна превращать в преступника собственного ребенка, но многие преступления имеют материнскую основу, в том числе и такое массовое, как увиливание от армии.

Есть еще одно явление, называемое специалистами «крепкая пуповина», но это тема другого эссе.

Свое подобие в ребенке. Каждая мать стремится воспитать своих сыновей и дочерей лучше, счастливее, чем она сама. Только удается это далеко не каждой матери. Согласно мнению американского психотерапевта Э. Берна, мама — «лягушка» формирует ребенка хоть и лучшей, но «лягушкой». Мать — неудачница передает чаще всего свой неудачный жизненный сценарий ребенку. У тревожной матери и дети вырастают порой тревожные, только более, чем мать, а материнский алкоголизм часто передается детям по подражанию. Дети воспитываются на бессловесном примере, а не на громких моральных сентенциях.

Даже в полной семье, где доминирует мать, а роль отца принижается — дети усваивают плоды материнского воспитания: они слаще и сочнее. Но врачи—диетологи знают, что от несбалансированной пищи желудочно-кишечный тракт страдает: от грубой — желудок, от изысканной — прямая кишка.

Н.Юрьев, психолог // «Черногорский рабочий», 19 августа 2000 г.


И тогда отец сказал: «Будешь жить со мной за мать»

Сексуальное насилие и развратные действия в отношении детей в семье относятся к так называемым СКРЫТЫМ преступлениям. О них обычно умалчивают, пли их ПРОСТО не замечают. Инициаторами возбуждения уголовного дела чаше выступают сторонние люди, либо это вскрывается в связи с каким-нибудь иным тяжелым преступлением.

Объектами сексуального насилия или растления могут стать как родные, так и неродные дети. Вот лишь несколько случаев, имевших место в разные годы в Хакасии. Имена и некоторые подробности изменены.

Случай первый. Мария Ивановна уже семь лет жила со вторым мужем. Сперва все было «как у людей», а потом он перестал интересоваться женой. Но она была не в обиде. Не до этого. Приноровилась челночить, а тут хоть дом есть кому сторожить, на работу-то его что-то никуда не берут. Старшая дочь уже года два как отдельно живет в «гражданском браке», а вот младшая еще школьница. Годков-то ей уже 16, а умишка Бог не дал. Того и гляди — в подоле принесет. Дурное дело, оно, ведь, не хитрое, сколько ни говори, не напутствуй: «Ты с мальчишками за сарайки не ходи». А тут почувствовала Мария Ивановна, что неладное с дочкой происходит. Повела к врачу — так и есть. Беременна. Стала расспрашивать, от кого. Объяснениям дочки не поверила. Поделилась со старшей дочерью, та и открылась матери, что из дома по этой же причине ушла. Жить с отчимом под одной крышей Стало невмоготу.

Случай второй. Намучившись несколько лет одна, Анна Васильевна наконец-то встретила его — себе мужа, а сынишке Ване отчима. Между сыном и отчимом вскоре сложились дружеские отношения. Отчим и с уроками Ванюшке помогал — учиться он по¬шел в первый класс, и так, то в шашки играют, то что-нибудь мастерят.

Однажды Анна Васильевна решила сходить к подруге в гости, а мужчины дома остались. Возвращалась поздно, авоськи все руки оттянули — мяса прикупила в долг у подружкиных соседей. Подходя к дому, сообразила: «Что я эти авоськи тягаю? Пусть хоть в дом сами занесут». Опустила ношу на крыльцо, встряхнула уставшие руки, хотела было в окно постучать... и оторопела. Посреди комнаты стоял ее муженек со спущенными штанами, а перед ним на коленях Ванюшка. Как вбежала, как схватила в сенях топор, Анна Васильевна уже плохо помнила. В себя пришла уже потом над изувеченным и оскопленным трупом бывшего сожителя. Забившись в угол, беззвучно плакал перепуганный Ванюшка.

Случай третий. Гулянка заканчивалась. Иван схватил Ирину за руку: «Пошли домой!». Ирина ответила: «Ты иди, а я еще посижу». Иван было замахнулся на супругу, да мужики из компании помогли ему выход найти, а Ирина решила у знакомых переночевать. Идти домой не хотелось: трезвый-то не раз поколачивал, а пьяный — вообще зверь-зверем. А ревновал-то как, стоит только постороннему мужчине на нее посмотреть. Хотя есть на что смотреть — что скульптор ваял: хоть лицо возьми, хоть фигуру.

Когда пришла утром домой, муж встретил. Так отколошматил, что в больницу слегла. В больницу и зашла к ней учительница Тани — старшей дочери-третьеклассницы. Не родная она Ивану, еще до замужества появилась. Учительница передала Ирине, о чем ей Танюшка поведала. В ту злополучную ночь Иван положил падчерицу к себе в постель, мол: «Будешь за мать со мной жить».

Все эти случаи, безусловно вызванные отклонениями о психике, специалисты обозначили бы как «невротическое взаимодействие», когда один или несколько членов социальной группы используют («едят») других для удовлетворения своих эмоциональных потребностей. Мужчины переключаются на детей тогда, когда женщины не отвечают их настойчивости, агрессивны или фригидны (холодны) в сексуальных отношениях, чем провоцируют или контакты на стороне, или с другими членами семьи. Первый и второй случаи — это типичная компенсаторная замена жены ребенком. Третий тоже, хотя здесь примешана и изощренная месть супруге.

Объяснить-то можно, а вот понять и принять — вряд ли.

На Западе существуют целые службы, помогающие женщинам и детям при сексуальном насилии, существует даже специальный подростковый телефон, специализирующийся только на этих вопросах, специальные приюты для подвергнувшихся сексуальному насилию в семье. Да и общественность там друг за другом зрит в оба.

У нас, в частности, в Черногорске, к «Телефону доверия» тоже обращаются, есть анонимный прием гинеколога в женской консультации. Однако жертвы насилия, особенно дети, очень редко решаются рассказать о том, что с ними произошло. И проблемы вроде-то и нет. Да только львиную долю экспертиз, проведенных психологами республики, составляют половые преступления против несовершеннолетних. Так что «страусиная политика» — это когда голову в песок и «ничего не вижу, ничего не слышу» — вряд ли подойдет.

Ребенок более беззащитен, чем взрослый. Порой он зависит именно от того взрослого, который его подвергает половому насилию. Порой (как ни дико это звучит) даже матери об этом дети не могут сказать — та просто не поверит. Еще и накажет чего доброго, чтобы впредь врать было не повадно. Не укладывается это в нашем сознании, нет «исторической прививки». Всегда все лучшее было детям. Да и на все, что было связано с сексом в нашем обществе, было «табу».

Сексуальная травма для ребенка не проходит бесследно. Проявляются как ближайшие, так и отдаленные ее последствия. Ближайшие последствия сексуального насилия — плохая учеба, конфликты с родителями, вовлечение в преступные группы, курение, пьянство, употребление наркотиков. Тайное редко бывает тайным всегда и ото всех. Кто-нибудь может воспользоваться этим фактом биографии ребенка так, как ему заблагорассудится.

Отдаленные последствия — нарушение семейно-брачных отношений в будущей семье растленного ребенка или глубокие невротические реакции, которые проявятся спустя годы.

Н.Юрьев // «Черногорский рабочий» 29 июля 2000 г. |

Полезное_родителям |